Лина Арифулина: «Я очень рано поняла, что я режиссер»


Сценарий своей жизни она написала еще в детстве, поскольку уже тогда знала, кем хочет быть. Благодаря внутренней силе, прямолинейности и стойкости она достигла цели, став женщиной, которая зажигает звезды. 



Лина, в одном из интервью вы назвали себя очень целеустремленной. Это качество – ваше личное приобретение или заслуга родителей, которые с детства закладывали в вас нацеленность на успех?


Нет, мама с папой к этому не причастны. Если родители с детства закладывают в ребенка успешность – это катастрофа, ведь он легко может подхватить звездную болезнь, его потеряют как личность. Стремление к своей цели, к успеху должно быть связано, скорее, с внутренним позитивом, настроем на хорошее. А трудности будут всегда, их необходимо преодолевать, извлекать из них уроки и двигаться дальше. Я очень благодарна трудностям, потому что они даруют нам знания и возможности для дальнейшей реализации.  




Удалось ли вам реализовать свои детские мечты? 


Мои родители никак не связаны с искусством, но они хотели, чтобы я развивалась творчески, поэтому отдали меня в музыкальную школу – учиться играть на фортепиано. Помимо этого, я всегда устраивала праздники на даче, была эдаким режиссером: придумывала номера, выпускала на импровизированную сцену «артистов», рассаживала на стулья гостей, устраивала различные перформансы. Я креативила, мне это очень нравилось, было очевидно, что в семье растет творческий ребенок. Таким образом, я очень рано поняла, что я режиссер. В 5-6 лет мне еще хотелось стать артисткой – я надевала мамины платья, туфли, брала в руки воображаемый микрофон, пела. Но в 16 лет посмотрела фильм, в котором меня огорчил финал. Кто же придумывает концовки, задумалась я. Да ведь это режиссер! В тот момент решила: стану режиссером, у меня всегда будут «хэппи-энды»!  По-моему, у меня получилось!


Это настоящее везение – осознать свое предназначение в столь юном возрасте. Бывает, что человек раскрывается гораздо позже. Екатерина Рождественская, к примеру, стала известным фотографом только в 40 лет. Как считаете, почему так происходит? 


Думаю, дело в созревании. Мы все рождаемся с каким-то «месседжем», приходим в этот мир, чтобы реализовать свою программу. Катя, в частности, долго созревала, долго ходила окольными путями, но ее душа продолжала настаивать на своем. Я знаю немало таких людей. В моей Мастерской занимаются взрослые, уже известные в своей профессии – президенты банков, к примеру, которым важно реализовать свой творческий потенциал. При этом им даже необязательно выходить на сцену - блеснуть можно в караоке или на корпоративной вечеринке. 


Получается, надо лишь прислушаться к себе…


Это самое главное. Если прислушиваешься к себе, то автоматически становишься тем особенным человеком, который успешно может реализоваться. И потом, знаете, всему свое время. События в нашей жизни не происходят лишь по двум причинам: не та дверь или не то время. 


Вы являетесь не только продюсером, режиссером, но и педагогом.  Как складываются взаимоотношения с молодым поколением?  


И в своей московской Мастерской, и в Казахстане, и в Туркменистане я всегда прислушиваюсь к ученикам – молодым певцам, композиторам. Мне важен их пульс времени, их ощущения. Именно поэтому я решила создать проект «Школа музыки», в котором участвуют ребята от 12 до 17 лет. Это тот возраст, который, по сути, никому не нужен (до 12 лет ребята могут принимать участие в детских конкурсах, а после 17 – во взрослых). Мне он кажется достаточно интересным, ведь в этом возрасте формируются те вещи, которые лягут в основу будущего. 




А свою дочь вы как воспитываете?


Айна -  мой человечек, мой ребеныш, которого я воспитываю строго, но в то же время многое ей позволяю. Поскольку моя дочь выступает, она иногда спрашивает: мам, как лучше? А я отвечаю: не знаю, думайте, Айна Арифулина. Ей важно мое мнение не как мамы, а как продюсера. Вообще, меня очень часто просят оценить ситуацию с продюсерской точки зрения, поскольку я замечаю очень тонкие, деликатные вещи, которые мало кто видит. 


Откуда такое умение?


Всегда любила наблюдать за людьми. Благодаря этому могу просчитывать ситуации наперед, предвидеть их, кого-то предостерегать. Бывает, людям не нужно это мнение, им важнее пройти через все самим. Мои юные ученики, например, проходят через звездную болезнь - начинают подсчитывать количество «лайков» и поклонников, любоваться собой на сцене, отвлекаются от основной цели. Может это жестоко, но я даю детям возможность испытать звездную болезнь, поскольку через это надо пройти.  А сама в этот момент просто нахожусь рядом. У моей ученицы Полины Скай есть песня, которую она исполняет с Джиганом, там такие слова: «Чтобы сделать громко, сперва надо сделать тише».  


Поскольку ваша ученица сейчас рядом с нами, давайте передадим слово ей. Полина, знакома ли тебе звездная болезнь?


Мне кажется, сам ты не понимаешь, когда она начинается. Это видно лишь со стороны. Думаю, до критического момента у меня не дошло и вряд ли дойдет, потому что рядом со мной есть Лина. 


Полина, как ты вообще попала в Мастерскую Лины Арифулиной? 


Раньше я занималась в небольшой вокальной студии. Потом родители узнали о существовании Мастерской Лины Арифулиной и перевели меня сюда. После трех лет занятий я наконец-то смогла принять участие в проекте «Школа музыки».  Вообще, мне кажется, за эти годы я изменилась, попрощалась с детством, стала самостоятельной. 


Лина: После удачного выступления в «Школе музыки» Полина получила в подарок возможность снять два клипа. В первом принял участие Джиган. Кстати, на презентации их песни остановился минус, но Полина не растерялась и продолжила петь. Джиган не ожидал такого от начинающей артистки и был приятно удивлен. Второй клип – это песня на музыку и стихи Брендона Стоуна. В этом видео Полина проявила себя как прекрасная актриса. 


Полина: Я не понимала, что нахожусь на съемочной площадке. У меня было ощущение, что я по-настоящему проживаю каждый кадр. 




Лина, под вашим руководством прошли 5 сезонов «Фабрики Звезд». Чему вас научил этот проект?


После него я стала ценить время и человеческие отношения. Это нехорошо – зайти в звездный дом в августе и выйти в декабре. Я не видела родных, не видела свою дочь, жила только этим проектом. В какой-то момент очнулась и поняла, что дальше так нельзя и приняла решение уйти. Хотела сделать это еще во время третьего сезона, но не получилось – все-таки мое присутствие было необходимо. 


Некоторые из фабрикантов так и не стали звездами, они растворились во времени…


Это нормально. Сцена маленькая – не всякий ее выдержит, и не всякого выдержит она. Изначально мы не ставили задачу из 16 человек, живущих в звездном доме, сделать 16 звезд. Момент отсеивания был естественным. Если кто-то не реализовался – значит, так суждено. У кого-то судьба стать артистом, а у кого-то – остановиться и уйти. 


У каждого поколения свои кумиры, свои образы. Чего сейчас хочет зритель? 


В эпоху «Фабрики Звезд» артисты были маловокальны, но могли устроить шоу, удивить зрителя. Позже появилась программа «Голос», где вокальные данные были важнее, чем артистизм. Сейчас наступает такое время, когда «Фабрика звезд» и «Голос» соединяются, появляется универсальный артист, сильная, яркая личность. Мне вообще кажется, что сейчас наступает эпоха ярких личностей. 


Означает ли это, что зритель стал более требовательным?


Безусловно. Люди стали понимать, за что они платят. Они даже могут потребовать вернуть деньги за билет, если артист поет под фонограмму. После «Фабрики звезд» певцы и певицы, которые были на рынке, начали «шевелиться»: думать о своих шоу, программах, менять песни, меняться сами. Они попросту испугались этой конкуренции. 


Есть ли артисты, которых вы можете привести в пример молодым исполнителям?


Нет, потому что очень уважаю каждого артиста, даже маленького. Уважаю его ощущения, мир и индивидуальность, которую необходимо культивировать. 


На ваши тренинги приходят не только новички, но и довольно известные телеведущие… 


Да, поскольку многие из них работают на телевидении много лет, не желая выходить из так называемой зоны комфорта, становясь однообразными. Я им говорю: «Вы настолько в своем формате, что уже путаете, какое мероприятие ведете, даже интонация у вас везде одна и та же». К тому же, мы взрослеем. Ведущий в молодости и в зрелом возрасте – это разные люди. Именно поэтому необходимо адаптироваться под новый формат. Я помогаю людям меняться. 


А вам кто-то помогает?


Нет. У меня уже такой опыт, что я могу не входить в состояние депрессии, допустим, а предугадывать ее. Понимаю, что надо пройтись по магазинам или съесть тортик (улыбается). Мы можем сами себя вытаскивать из болота, просто мы очень ленивы. 


Считаете ли вы себя сильной женщиной?


Сильная женщина – одинокая женщина. Это не про меня. В шоу-бизнесе я придерживаюсь образа стервы, потому что всегда говорю правду. 


А слышать ее вы не боитесь?


Все зависит от того, кто ее произносит. Я даже молодых артистов учу: говорить что-то будут всегда, но у тебя должен быть свой стержень, ты капитан своего корабля. Чужое мнение можно выслушать, проанализировать, но никогда не надо присваивать его себе. 


Что бы вы могли сказать сейчас, с высоты своего успеха, себе тогдашней - юной, начинающей?


Ты все делала правильно, Лина. 




Ольга Абакумова


Материал опубликован на портале Musecube, 15.05.2015